Западный мемориал и его приспешники...

     В то время, когда в Дагестане оплакивают погибших в результате двойного теракта, и врачи прикладывают всевозможные усилия для оказания помощи десяткам пострадавших, продажные правозащитники вахабитской мрази и убийц надуто отмалчиваются. Ведь работа не для преступной швали, а для помощи людям – не в их сфере деятельности, строго очерченной руководством.

     Нет, мы вовсе не обвиняем огульно всех правозащитников. Существуют вполне достойные правозащитные организации, пользующиеся заслуженным уважением, которые оказывают всю возможную помощь людям в их реальных проблемах. Ведь у каждого из нас по жизни проблем столько, что работы для них всегда хватит. Но сотрудники таких организаций работают от души и не пиарятся по всем возможным каналам: доброта не нуждается в рекламе.

     Мы говорим о гаденькой своре, ставящей целью вышибание бабла под флагом правозащиты отпетых уголовников. Таких, как ПЦ «Мемориал», например. Выдавливая крокодильи слезы о нарушениях прав бандитов в ходе задержания и следствия (как же УПК?!) и мешая ложь с лицемерием, эта лига благородных джентльменов и не менее благородных дам избрала для добычи куска хлеба с маслом весьма действенный способ: гадить родной стране в интересах ее геополитических противников. И, когда говорят, что тот или иной член мемориальной лавочки искренне заинтересован в оказании помощи простым людям, можно спросить – а что он сделал? Он пошел в больницу и договорился о льготных лекарствах за счет заведения? Он оказал помощь инвалиду? Он помог устроить ребенка в детский садик? Он решил хоть одну проблему простого мирного человека с ЖКХ, земельным участком, недобросовестным чиновником или с бесконечными гос проверяльщиками, кошмарящими частный бизнес?

     Куда выгоднее разевать жадное хайло, заливаясь в истерике о попранных правах бандитов, плевать хотевших до своего задержания на эти самые права. Если так можно выразиться, с их точки зрения бандиты правее, чем те, кто с ними борется. У норных уголовников и их пособников есть права, а вот у тех, кого они убивают, прав не заметно. Обслуживая интересы тех, кто заинтересован в дестабилизации обстановки, правозащитное отребье свято оберегает самих исполнителей – это и есть основной вид деятельности. Что, не так?

     Правозашекины в поте лица, готовят и направляют в Следственный комитет документы «о преступлениях силовиков на Северном Кавказе». Обижают силовики бандитов, не хотят целовать в розовую татуированную попку убийц, вымогателей и террористов вместе с пособниками, а дают им зуботычины. И это те, кто смущенно, словно голый на площади, отнекивается, что боевиком человека может назвать только суд, хотя такого понятия в юриспруденции нет – они, всего лишь основываясь на словах самих подозреваемых и задержанных бандитов, нимало не сомневаясь, называют силовиков преступниками. А как же ваши увертки про суд? Кто может назвать человека преступником, а?